Меня зовут Надежда Швырева. Я — Председатель Московской коллегии адвокатов «ШВЫРЕВА И ПАРТНЕРЫ» и уже более 20 лет специализируюсь на семейных спорах.
Теперь к юридической составляющей вопроса.
После атаки беспилотников на один из складов Wildberries интернет буквально разделился на два лагеря.
Одни уверяют, что маркетплейс обязан возместить продавцам стоимость всего уничтоженного товара.
Другие заявляют обратное: раз произошёл форс-мажор, Wildberries не должен платить никому.
Как это часто бывает в праве, обе позиции слишком категоричны.
На сегодняшний день нельзя утверждать ни первое, ни второе. Исход подобных споров будет зависеть не от одного пункта оферты, а от совокупности юридических и фактических обстоятельств.
Разберёмся подробнее.
Новая оферта — ещё не конец спора
После происшествия Wildberries изменил оферту и прямо предусмотрел, что риск гибели товара вследствие атак БПЛА несёт продавец.
Именно этот пункт сейчас активно обсуждают.
Однако наличие такого условия само по себе ещё не означает, что компания автоматически освобождается от обязанности компенсировать ущерб.
В гражданском праве практически никогда не работает принцип: появился новый пункт договора — спор закончен.
Даже при наличии такого условия суд будет оценивать не только текст договора, но и обстоятельства конкретного дела.
Что такое форс-мажор и почему он не освобождает автоматически от ответственности?
Сразу после пожара многие начали ссылаться на форс-мажор.
Действительно, пункт 3 статьи 401 ГК РФ предусматривает, что лицо освобождается от ответственности за нарушение обязательства, если докажет, что исполнение стало невозможным вследствие чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств.
Военные действия и атаки беспилотников вполне могут быть признаны такими обстоятельствами.
Но здесь кроется главная юридическая ошибка большинства комментариев.
Форс-мажор не является универсальной «индульгенцией».
Он освобождает от ответственности только тогда, когда именно чрезвычайное обстоятельство стало причиной невозможности исполнения обязательства.
Если же ущерб возник или существенно увеличился вследствие нарушений со стороны самого должника, ссылка на форс-мажор может оказаться несостоятельной.
Что именно будет выяснять суд?
В подобных делах суду предстоит ответить не только на вопрос, был ли удар беспилотника.
Главный вопрос будет другим: мог ли ущерб быть меньше, если бы Wildberries надлежащим образом исполнил свои обязанности по хранению товара?
Именно поэтому предметом судебного исследования, скорее всего, станут:
- соответствие складов требованиям пожарной безопасности;
- исправность автоматических систем пожаротушения;
- достаточность этих систем для конкретного объекта;
- соблюдение требований к хранению различных категорий товаров;
- правильность размещения горючих материалов;
- возможность своевременной локализации пожара;
- соблюдение обязательных технических регламентов.
Представим две ситуации.
В первой дрон попадает в склад, все системы работают штатно, пожар локализован за несколько минут, ущерб минимален.
Во второй дрон попадает в склад, но система пожаротушения неисправна либо не рассчитана на такой объект, из-за чего огонь уничтожает миллиарды рублей товара.
В обоих случаях причина пожара одна.
А вот причина масштаба ущерба может оказаться совершенно разной.
Именно это и предстоит установить экспертам.
Если товар был передан после 7 июля
После изменения оферты позиция Wildberries становится значительно сильнее.
Компания будет утверждать:
«Продавец добровольно согласился с новой редакцией договора и принял на себя риск гибели товара вследствие атаки БПЛА.»
Но это ещё не означает автоматическую победу маркетплейса.
Суду предстоит оценить, действительно ли такое согласие было свободным и добровольным.
Если продавец объективно не имел возможности отказаться от новых условий без прекращения бизнеса на площадке, спор может перейти в плоскость статьи 428 ГК РФ о договоре присоединения.
Иными словами, суд будет оценивать, не оказалась ли экономически более слабая сторона поставлена в крайне неблагоприятное положение.
Если товар был передан до 7 июля
Здесь ситуация выглядит иначе.
По общему правилу российского гражданского законодательства договор обратной силы не имеет.
Это означает, что новая редакция оферты не может автоматически распространяться на товар, который уже был принят Wildberries до изменения условий договора.
Но многие делают из этого неправильный вывод.
Это вовсе не означает, что продавец автоматически выиграет спор.
Дело в том, что прежняя редакция оферты также содержала положения о форс-мажоре.
Следовательно, даже если новая редакция договора неприменима, суду всё равно предстоит решить: является ли атака БПЛА обстоятельством непреодолимой силы применительно к конкретному обязательству?
Если суд придёт к выводу, что:
- атака действительно является форс-мажором;
- Wildberries выполнил все обязанности по хранению товара;
- нарушений требований пожарной безопасности не было;
- то в удовлетворении требований о компенсации может быть отказано.
Если же экспертиза установит нарушения со стороны маркетплейса, ссылка исключительно на форс-мажор не освободит его от ответственности.
Какие аргументы, скорее всего, заявит Wildberries?
По товарам, находившимся на складе до изменения оферты, компания может использовать ещё один аргумент.
Wildberries способен сослаться на статью 438 ГК РФ и заявить, что продавцы своими действиями выразили согласие с новой редакцией договора.
Логика будет следующей:
- оферта была изменена;
- продавец продолжил пользоваться площадкой;
- продолжил поставки;
- продолжил продажи;
- не заявил возражений;
- не потребовал возврата товара.
Следовательно, согласие с новой редакцией договора выражено конклюдентными действиями.
Что могут возразить продавцы?
У продавцов также есть серьёзные правовые аргументы.
Большинство товаров уже находились на складах Wildberries.
Мгновенно вернуть их продавцы объективно не могли.
Процедура вывоза товара занимает недели, а иногда и месяцы.
Фактически продавец оказался перед выбором:
- либо принять новые условия;
- либо потерять возможность распоряжаться собственным товаром.
Поэтому продавцы могут утверждать, что речь идёт не о добровольном согласии, а о навязывании условий договора присоединения, когда отказаться от них без существенных имущественных потерь было невозможно.
Эти доводы также будут оцениваться судом.
Что в итоге?
Сегодня невозможно честно сказать:
- что Wildberries гарантированно ничего не должен;
- что продавцы обязательно взыщут стоимость уничтоженного товара.
Каждое дело будет рассматриваться индивидуально.
Суду предстоит установить:
- когда именно товар поступил на склад;
- какая редакция оферты действовала;
- распространяются ли новые условия на конкретные отношения;
- можно ли считать согласие продавца добровольным;
- является ли атака БПЛА форс-мажором;
- соблюдал ли Wildberries требования пожарной безопасности и хранения;
- существует ли причинно-следственная связь между возможными нарушениями и размером ущерба.
Именно поэтому первые судебные решения по этим спорам, скорее всего, станут ориентиром не только для Wildberries, но и для всех российских маркетплейсов.
Главный вывод прост. В подобных делах недостаточно открыть договор и найти слово «форс-мажор». Суд будет исследовать весь комплекс обстоятельств: от условий оферты до результатов пожарно-технической экспертизы. И только после этого можно будет ответить на главный вопрос — кто в действительности должен нести убытки от уничтоженного товара.
Если у вас есть вопросы или вам нужна профессиональная помощь в оформлении или проверке документов, а также консультация адвоката? Пишите! Я и моя команда всегда готовы подставить вам плечо!
Оставьте заявку прямо сейчас или записывайтесь по тел. 8 (915) 105-61-28 и мы оперативно разберем вашу ситуацию и проконсультируем по всем юридическим вопросам. Не бойтесь действовать!
